Главное меню.

 

 

Кошки и цивилизация в исторической перспективе.

Первая встреча кошки и человека было простой и утилитарной – срочно понадобилась надежная защита от грызунов. Древние охотники, сопровождаемые исконным кошачьим антиподом – собакой, значительно истребили стада диких животных и были вынуждены всерьез задуматься о новых надежных источниках пропитания. Человек обратил внимание на произраставшие в субтропической зоне дикие злаки – пшеницу и ячмень и, принявшись их возделывать, положил начало земледелию, до сих пор, являющемуся основным источником производства продуктов. С земледелием возникла возможность создавать надежные продовольственные запасы. Тут же появились и желающие активно пользоваться амбарами. Мыши стали постоянными посетителями, да и обитателями древних поселков. Некоторые археологи даже предлагали считать наличие в культурных слоях многочисленных останков грызунов индикатором перехода к земледелию. Первые костные останки домашнего кота как раз и были найдены при раскопках Ирихона в слоях VII тысячелетия до н. э., когда на Восточном Средиземноморье возникли первые поселения ранних земледельцев. Такие же находки сделаны и на Кипре. Традиция, считавшая, что первая встреча человека и кошки произошла на ниве борьбы с грызунами, нашла отражение и в библейских приданиях. По одному из них Ноя, спасшегося на корабле от всемирного потопа, одолели крысы и мыши. Он погладил льва, у того из носа выскочила кошка и навела порядок в Ноевом ковчеге. Но эта прагматическая связь с мышиным охотником оказалась для человека куда более глубокой и разносторонней. Кошка постоянно становилась как бы компонентом цивилизованного общества, его идеологии, мировоззрения, образа жизни. Судьба домашней кошки и человека чудесным образом переплетались  и в фосфорических глазах своего домашнего спутника люди могли читать всю глубину своего нравственного падения или духовного величия.

В принципе можно говорить о четырех больших эпохах истории взаимоотношения кошек и человеческой цивилизации. Уже в первую такую эпоху в древнем мире кошка становиться для общества чем-то значительно большим, чем истребитель мышей. Это особенно ярко отразилось в истории египетской цивилизации.

Известно, что в идеологических системах Древнего мира широко представлен зооморфизм, когда божества имели животных, символизировавших их особое положение, или прямо выступали в образе различных зверей. В Египте зооморфизм проявлялся особенно ярко. При этом заметное место среди сонма богов занимала кошка, начавшая свой путь к человеку с охраны амбаров. Богиня, покровительствующая плодородию, дарующая радость и веселье, носила имя Баст или Бастет. Неудивительно, что Египет первым открыл кошкам дорогу в мир искусства. Хорошо известны статуэтки богини Бастет в виде женской фигуры с кошачьей головой. Но еще более многочисленны и разнообразны статуэтки самого животного, выполненные в едином стиле и в единой манере: кошка сидит с уверенной грацией, устремив взгляд в ведомые ей одной миры, пренебрегая житейскими мелочами. Порой кошку можно встретить в жанровых сценах росписей на стенах гробниц, где это необычайно гибкое животное, например, преследует водную дичь.

Апофеозом кошачьего зооморфизма стало «продвижение» кота на высшие ступени божественной иерархии. Так верховный бог солнца Ра выступает в образе огненно-рыжего кота. Древний текст, воспроизводящий речения этого божества, гласит: «Я тот великий рыжий кот, который сражается при сикоморе в Гелиополе, в ночь битвы, тот, который сторожил виноватых в день истребления врагов вседержителя». Сама кошка также пользовалась у египтян особым почетом и уважением, чему немало удивлялись рационалистически настроенные греки. Геродот сообщает, что если в доме скончается кошка, его обитатели сбривают себе брови. «Трупы кошек отвозят в город Бубатис, бальзамируют и погребают там в священных покоях». В этом городе находился храм богини Бастет, также описанный Геродотом. Такие некрополи, где покоятся египетские кошки, обнаружены исследователями. На одном из них, в Бени-Хасане насчитывается до 130 000 кошачьих захоронений. Известен и античный рассказ о битве египтян с персидскими войсками при Пелузии. Персидский царь будто бы велел своим воинам прибить к щитам кошачьи шкурки, и ни один из защитников города не решился открыть святотатственную ответную стрельбу.

Особое положение кошки в Египте, признание ее сопричастности божественным силам едва ли случайное явление. Французский историк Робер Депор предположил, что это связано с особой магической «аурой» кота. Хорошо известна своего рода бинарная оппозиция в психологии человека по отношению к кошкам. С одной стороны кошка в определенном образе, обычно черная кошка, рассматривается, как носитель темных сил и, перебегая дорогу, может принести несчастье. Особые силы кошки, биополя, как можно было бы сказать по модной терминологии, или ее астрал, как говорят представители оккультных наук, несомненны. Кошки издалека могут почувствовать хозяина, кошки предвидят наступающее несчастье. В Лондоне во время войны многие кошки стремились покинуть дома за несколько часов до налета немецких бомбардировщиков. Некоторые исследователи полагают, что это особое «шестое» чувство широко распространено в мире животных и, в основной своей массе, просто утрачено человеком в процессе эволюции. Эту особенность кошки хорошо чувствовали и писатели и художники. Еще Бодлер писал:

Домашний дух иль божество,

Всех судит этот идол вещий,

И кажется, что наши вещи –

Хозяйство личное его.

Как бы то ни было, эти необычные свойства кошачьего племени, безусловно, сказались и на формировании образа египетской богини с кошачьей головой.

Сама же кошка Древнего Египта хорошо известна, как по многочисленным рисункам, так и по костным останкам из мумифицированных погребений. Это было сухопарое, высоконогое существо, близкое дикой степной кошке, одомашненное в свое время в Иерохоне. Видимо, именно подобный обитатель степей и является прародителем всех домашних кошек наших дней.

Лингвисты давно обратили внимание на то обстоятельство, что в большинстве языков само наименование домашних кошек восходит к одному корню. Таковы английские «кэт» (cat), немецкое «катце» (katze), французкое «ша» (chat), древнегреческое «котор» или «катта», арабское «гетт», нубийское «кадиста». Напрашивается вывод, что сам термин распространился вместе с пушистым зверьком из естественного центра одомашнивания. Действительно считается, что это слово не связано с индоевропейскими языками и как «миграционный термин» имеет североафриканское происхождение. (здесь еще о происхождении слова «кошка»)

Интересно однако, что в самом Египте кошка именовалась звукоподражательным «мау», что сохранено и в современном названии одной из кошачьих пород – «египетская мау». Предполагается, что замена «кота» на «мау» в Египте была связана со своего рода представлениями на запрет, табуирование подлинного имени животного, возведенного в божественный ранг. Впрочем, предполагается также, что само имя египетского божества Бастет (Пашт)сохранилось в наименовании котят и кошек, популярном, например, в английской терминологии – «пусс», «пусси», «пусси-кэт» (puss, pussy, pussy cat). Как бы то ни было, столь презентативно началось вхождение кошки в человеческую цивилизацию.

Кошка последовательно проходит путь от «прирученной» болотной рыси или степного хищника к полноправному домашнему, неизменному компоненту домашнего уюта и семейного очага. Правда путь этот был далеко не прост и отражал зигзаги и конфликты развития самой цивилизации. Постепенно домашние кошки распространились по всему Средиземноморью, что, как считается, произошло благодаря финикийским мореплавателям. В античном мире кошка становится аксессуаром цивилизованного, благоустроенного образа жизни. На греческих вазах мы видим знатных дам, а иногда даже самих олимпийских богинь, забавляющихся этим игривым животным. На одной из мозаик, обнаруженных в Помпеях, встречается изображение кота, бесцеремонно хозяйничающего на птичьем дворе.

До появления кота римляне использовали против мышей змей и ласок. Римский писатель IV века Палладиус специально рекомендует для борьбы с мышами не традиционного для римлян хорька, а именно кота. Не была и обойдена и символика римской державы. Кошка фигурировала на значках римских легионов как символ ловкости и храбрости. Свободолюбивый кот стал символов восставших рабов и гладиаторов, объединившихся под предводительством Спартака.

Вскоре кошки распространились по всей Европе вплоть до Британии. В ходе этих странствий высокий поджарый степной кот вступил в мезальянс с европейской лесной кошкой, более коротконогой и мохнатой. Скорее всего именно так было положено начало современных пород домашних кошек.

Функция ловца грызунов способствовала этой кошачьей колонизации европейских городов и усадеб.

Вторая большая эпоха взаимоотношения кошки и человека наступает в Средние века. С упадком античной цивилизации во многих отношениях начинаются «темные» времена. Разумеется, не все традиции прерываются. Кошка была одним из немногих видов животных, которым разрешалось обитать в женских монастырях. Существует легенда, что св. Патрик, распространявший христианство в Ирландии, путешествовал в сопровождении кота-змеелова. Образ кошки, как особо значимый, фигурирует в ряде идеологических представлений. Так в литовских фольклорных идеологических текстах часто описывается превращение в кошку бога грозы Перкунаса. В древнегреческой мифологии кошка, поднимаемая богом грозы Тором, превращается в «мирового змея». Возможно к этому кругу представлений восходит и поверье о св. Агате, чей день отмечается 5 января: в гневе в образе кота она может вызвать шторм. Исследователи отмечают и наличие корневого «гато» - «като» в самом ее имени.

Но знамением эпох стал беспрецедентный поход против кошачьего племени, которое безоговорочно признавалось носителем зла и чуть ли не исчадием ада (см. магия черных кошек). Кошек топили и сжигали, иногда вместе с хозяйками, признававшимися ведьмами. Кот попал в свиту дьявола, и одно из еретических движений катаров вообще считало кота воплощением сатаны. Недаром в романе Михаила Булгакова кот Бегемот появляется в Москве в составе свиты Воланда. Гонения на кошек были официально канонизированы. Папа Григорий IX, основатель инквизиции, в особой булле от 13 июня 1230 года прямо указывает на черных котов среди гнусных вожделений. В качестве представителей сил зла кошки фигурировали на процессах Люцифера в Марбурге и тамплиеров во Франции. Кошек сжигали и сбрасывали с башен на Пасху и в день весеннего равноденствия. В 1558 году при коронации английской королевы Елизаветы было сожжено несколько мешков с кошками. Получил распространение гнусный обычай замуровывать кошку иногда с крысой в зубах, в фундамент строящегося дома, и нередко находят такие окостеневшие, отнюдь не египетские мумии.

Истоки этих зверств не вполне ясны. Безусловно, известную роль сыграли представления об определенной, «темной» функции кошек. Исследователи указывают на наличие в Европе традиции жертвоприношений, связанных с аграрными культами. Так в Пикардии кошек приносили в жертву при сборе урожая. Но как бы то ни было, начав поход на уютных зверьков, человек все более подрывал и свое достоинство. Такова было суровая действительность мрачного Средневековья.

Разумеется, это не было всеобщим уничтожением. Домашняя функция кошек сохранялась, что видно по миниатюрам, воспроизводящим повседневную монастырскую жизнь. На известной работе Дюрера, изображающей Адама и Еву в раю между ними, как символ благополучия воспроизведена кошка. В реальной жизни кошачья братия продолжала добрые дела и не поддавалась кошачьему геноциду.

В народном представлении кошка сохраняла свое значение символа домовитости, благополучия, мудрости и справедливости. Эта традиция нашла воплощение в неувядающем образе кота в сапогах. При этом могло быть немало прообразов сказочных событий. Известно, например, что в XIV веке англичанин Ричард Уайтингтон путешествовал  с котом подмышкой. Закончил он свою карьеру лорд-мэром Лондона, где и поставил памятник своему мохнатому спутнику.

Здравомыслящие люди поднимались на защиту невинных животных. Известно, что св. Элой боролся против сожжения кошек, а св. Гертруда Невельская вообще считалась кошачьей покровительницей. Знаменитый государственный деятель Франции кардинал Ришелье работал в окружении четырнадцати кошек. Но это была грань двух эпох, и после смерти Ришелье охранявшие его швейцарские гвардейцы поспешили истребить нечистых животных.

Так с началом эпохи Возрождения, утверждением в обществе высокого гуманизма и возрождением античных традиций наступила третья эпоха во взаимодействиях кошек и цивилизованного человека. Приемник Ришелье, методичный Кольбер также трудился в окружении кошек, и никто не покушался на жизнь этих животных. Как и в античную эпоху, коты становятся частью благоустроенного мира. Знаменитый австрийский канцлер Меттерних даже воздвиг своему коту мавзолей, который до сих пор находится в Карловых Варах. Как отмечают специалисты с XVIII века функция кошки - домашнего животного становится доминирующей. Образ кошки широко распространяется в литературе и изобразительном искусстве, что также  является характерной чертой наступающего нового времени. Книги о кошках в искусстве весьма многочисленны.

Особое восприятие кошачьего образа демонстрируют художники. Кошки вписываются в их эстетическую концепцию и философское видение, стиль и манеру исполнения. На характере воспроизведения образа кошки естественным образом сказывается национальный колорит художественных школ.

Можно отметить различные тенденции по отношению к кошкам в художественной культуре Нового времени. Для эпохи гуманизма показательно уважительное отношение к окружающему миру, будь то общество людей или мир животных. При этом особое внимание уделяется внутренней сущности животных, в том числе и кошек, их психологии, поведению, привычкам, что в значительной мере предвосхищает современную науку о поведении животных – этологию.

Уважительное отношение к представителям кошачьего племени ощущается в работах такого художника, как Франс Снейдерс, крупнейшего мастера фламандского натюрморта, одного из создателей традиции анималистической живописи. Его классические натюрморты подчеркивают всеобщее изобилие, устойчивое благосостояние и благоденствие набирающего силу бюргерства. Все детали, решенные в одной цветовой гамме, тщательно выписаны. Оживляют натюрморты фигуры животных, в основном собак и кошек, как, например, на полотнах «Лавка дичи» и «Рыбная лавка». Мастер внимательно приглядывался к образу этого домашнего зверька, о чем свидетельствуют этюды голов кошек, отражающие различное эмоциональное состояние изображаемого персонажа.

Франсиско Гойя в серии «Капричос» воскрешает темный образ кота, сопричастного злым силам. Фигуры котов, вкомпанованные в сплетение тел, составляют единое целое в вихревом движении, обрушивающемся на силы разума и добра. Совсем другой образ этого зверька представляет Луи Ленен: на картине «посещение бабушки» из собрания Эрмитажа кошка, домовито расположившаяся у ног старой женщины, подчеркивает сопричастность родному очагу. Образ игривой кошки у Жан-Батиста Греза с милой грациозностью оттеняет прелесть юных девушек. Кошку, как символ нежности и ласковости, использовал в своих картинах и Пьер Огюст Ренуар. Существует картина этого художника, на которой изображена молодая женщина с кошкой. Решенная в зеленоватой гамме композиция создает ощущение покоя и гармонии. Моделью Ренуару послужила Алин Шариго, ставшая впоследствии женой художника. Имя кошки – увы! – осталось неизвестно.

Полной противоположностью умиротворяющему образу Ренуара является хищный кот Пикассо с птицей в оскаленной пасти. Жестокость окружающего мира вписывается через образ кота в апокалиптическую картину мира, предложенную создателем «Герники». Не менее известен зловещий образ черного кота, созданный Обри Бердслеем. В 1890-х годах художник выполнил серию иллюстраций для сборника рассказов Эдгара По, куда вошел и этот лист с изображением черного кота.

 На Востоке, где особого увлечения кошками не наблюдалось, общее отношение к этому домашнему животному заметно отличалось от европейского восприятия. Об этом красноречиво свидетельствуют немногочисленные произведения искусства мастеров Ближнего и Дальнего Востока. Образ кошки встречается и в иранской бронзовой пластинке, в китайских вышивках, на японских гравюрах и в нэцкэ, а иногда художники вводили этот образ в традиционный рисунок изящных пейзажей. В художественной литературе блестящим примером восприятия кошки, как личности, является чеканный рассказ Редьярда Киплинга о кошке, которая гуляла сама по себе. Две черты кошки в сообществе «человек и животное» здесь выражены предельно выпукло – независимость и контактность в домашнем быту. Эту кошачью сущность прекрасно понимали и подчеркивали многие писатели и поэты. Немало тонких наблюдений у Джером К. Джерома, который посвятил кошкам специальный рассказ «Падение Томаса Генри. Мягким лиризмом проникнут милый рассказ Александра Куприна «Юю». В этом жанре писала французская писательница Габриэль Сидони Колетт, лауреат гонкуровской премии за превосходный цикл о представителях кошачьего племени.

Другая тенденция - антропоморфизация животного – представлена значительно шире и также харрактерна для цивилизации Нового времени. Таковы коты и кошки в прелестных сказках Беатрис Поттер, на которых воспитывалось не одно поколение английских детей. Обращались к подобному приему  и крупнейшие писатели многих стран. Достаточно назвать «Житейские воззрения кота Мурра» Эрнеста Теодора Амадея Гофмана. «Печаль в сердце английской кошки» Онре де Бальзака «Записки о кошачьем городе» Лао Шэ.

Меняющиеся общественные нравы и ценностные ориентации в наши дни все более выводят на передний план художественную литературу в стиле детективного жанра, хотя здесь много и заведомо окололитературных творений. Кошки, как компонент цивилизованного общества, присутствуют и здесь. У классика этого жанра Стенли Гарднера имеются повести «Кот привратник» и «Дело о беззаботном котенке». Лилиан Джексон Браун вообще предложила издать целую серию, озаглавленную «Белый кот», где детектив Квиллер ведет расследование при ближайшем участии кота Коко. Правда, в отличие от повестей Коллет, особого проникновения в кошачью сущность в этих книгах не наблюдается.

В Новейшее время, четвертую эпоху взаимодействия кошек и человеческой цивилизации, искусство по-новому трансформировало кошачьи образы и видение кошачьего мира. Постепенно все большее значение приобретает необходимость сохранения или даже спасения базовых нравственных начал, высокой морали и духовности. Именно на эти начала безжалостно наступает трагическая действительность, создаваемая самим человеком. Уже кровавая бойня Первой мировой войны поколебала наивный гуманизм и розовый романтизм. Еще более потряс своими ужасами второй глобальный конфликт. Одновременно подоспела научно-техническая революция с ее поразительными технологическими достижениями и одновременно с усредненностью массовой культуры. В результате урбанизированный невротик кинулся ко всем проявлениям ретро, в том числе к домашним животным, и в первую очередь к кошкам и собакам. Известно, что антигуманный негатив вседозволенности распространяется порой и на домашних животных. Жестокость по отношению к кошкам уже не имеет оправданий в папских буллах, а высвечивает низменные стороны человеческой натуры, теряющей нравственные ориентиры. Проблема «братьев меньших» ни что иное, как вопрос нравственных устоев и высокой морали в условиях эгоизма и бездуховности.

Еще в 1871 году в Англии Гаррисон Уэйр организовал первую выставку кошек, где он сам был первым судьей. Теперь такие выставки, как и клубы кошек повсеместны и регулярны. В 1978 году в Лондоне была принята «Всеобщая декларация прав животных, официально провозглашенная «Всеобщей» на сессии ЮНЕСКО в Париже 15 октября 1978 года. Отдельные незаурядные кошачьи особи становятся объектом пристального внимания, широко освещаются и пропагандируются. В Британском музее двадцать лет сторожил коллекции кот Микки, принадлежавший главному хранителю египетских древностей, и на его кончину был сочинен плач, подражающий соответствующим текстам древнего Египта.

Исправно несут службу и кошки крупнейшего государственного музея России – Эрмитажа. Особым благонравием и воспитанностью отличаются кошки, охраняющие от грызунов богатейшие библиотечные собрания, где немало ценных кожаных переплетов древних манускриптов. Библиотечное кошачье сообщество достаточно строго соблюдает два принципа – не использовать для оттачивания когтей парадную мебель и блюсти гигиену в пределах библиотечных помещений. Естественно, такое благородное сообщество пользуется поддержкой дирекции Эрмитажа, сотрудников библиотеки, да и широкой общественности, собирающейся во время благотворительных мероприятий, сопровождающих выставки по соответствующей кошачьей тематике. Ставшая подлинно домашним животным и членом семьи, кошка создает в доме благожелательную атмосферу, в том числе и своим биополем, или астралом, как ни называть это проявление особой кошачьей исключительности. Хорошо известны статистические обзоры врачей, рисующие резкую поправку людей, перенесших инфаркт или инсульт, при наличии в доме кошки или собаки. Более того, новые исследования показывают, насколько мала вероятность вхождения в подобную зону риска, коль скоро в семье имеется ласковый мохнатый зверек. Эта анимотерапия получает все более широкое признание (см. Лечебные свойства кошки). Считается, что кот обладает высокой эмоциональной честностью. Как говорил Эрнест Хемингуэй, дом которого всегда был полон различных котов: «Человек в силу обстоятельств порой скрывает свое отношение к собеседнику, кот этого не делает никогда». Движение «зеленых» справедливо направлено на стремление сохранить нужный баланс в окружающем мире природы. В союзе с домашними животными  - один из залогов сохранения равновесия и «экологии культуры», нравственных устоев человеческого общества. Известный физиолог, академик Иван Павлов всегда говорил, что человек стал человеком благодаря собаке, потому что именно по отношению к ней он проявил свои человеческие качества. В четвертую эпоху взаимодействия кошек и цивилизации эти грациозные животные, первоначально явившиеся в дом человека для борьбы с грызунами, теперь помогают сохранить ему подлинное достоинство и величие духа. Без подъема морали и культуры человечество в перспективе ждет модель нового неандертальца, живущего в «комфортабельной пещере». Ее обитателей одурманенных телевизионным миражом, уже с трудом может спасти от озверения кошка, которая, как и в киплинговские времена, продолжает гулять сама по себе, являя эталон достоинства и самоуважения.

 


 

Котята в продаже

сканирование фото пленки слайдов

© 2007-2011 kitten-kiev.com.ua

печать, сканирование